I. | ME. | MINE. |
|
|
|
Song Qian |
VICTORIA SONG
Виктория Сон
I thought I was the victim, I played it well
Sifting through the records, couldn't find myself
I tried to be salvation, tried to make it change
Oh, but I've come too far to look the other way ©
DON'T FORGET WHO YOU ARE |
Возраст и дата рождения: | Место рождения: | Ориентация: |
Профессия, образование: модель, эскорт-услуги
Родственники, близкие люди: -
К жизни надо относиться проще. Этому Викторию сама же жизнь и учила с самого детства, в котором не было особых трагедий, но и ничего, о чем бы захотелось вспомнить с приятной ностальгией, - тоже.
Несмотря на расовую принадлежность, родиной Виктории, пусть и не исторической, является Великобритания. Она родилась в Лондоне, ее мать - англичанка, а по-китайски девушка знает разве что пару простых фраз, потому что отца, который передал ей всю свою генетику, в глаза не видела. Не слишком разборчивая в связях мамаша, скорей всего, этого человека последний раз сама видела, когда кончала под ним, однако фамилию запомнила, и зачем-то указала в документах дочери.
Однажды, находясь под наркотой, она размазывала сопли по лицу и несла какой-то бред о том, что у девочки должна быть хоть какая-то частичка от отца, пусть это и будет лишь фамилия. Шестилетняя Вика уже на тот момент начинала чувствовать, как по венам растекается нечто теплое и приятно пощипывающее изнутри. Это был сарказм, с которым она потом пошла по жизни, не расставаясь. Пожалуй, самый верный мужчина, который никогда не подводил.
На самом деле, Виктория всегда считала, что от отца ей досталось не просто какая-то там частичка. Если опустить тот жирный факт, что она была явно китайской наружности, что передалось точно не от матери, то помимо этого девчонка еще и быстро бегала. Наверняка, у ее попаши должны были быть сильные ноги, раз он с такой скоростью перемещался из постели в постель. Вика перемещалась в основном от прилавка в магазине к выходу из этого магазина. Потому что есть хотелось и хорошо одеваться - тоже. Последнее пришло уже в подростковом возрасте вместе с осознанием собственной привлекательности. Да и социальное давление в школе а ля "ты-же-девочка!" накладывало свой отпечаток. Ты же девочка и должна нравиться мальчикам, чтобы с ними встречаться, потому что кто-то так однажды придумал. Ты же девочка и должна быть лучше других девочек, носить самое лучшее, навешивать на себя лучшие цацки и вышагивать, как по подиуму, потому что это стильно, модно, молодежно. Виктория этому, в принципе, научилась. Она вообще развила в себе приспособляемость мощнее, чем у таракана. Правда, в более популярные тусовки все равно не попадала, потому что многое в этой жизни было для тех, у кого были деньги.
У Вики денег не было, у нее вообще ничего не было, кроме матери, которая и дома-то раз в месяц появлялась, раздолбанной маленькой квартирки и ворованного шмотья. А денег хотелось и очень. Богатые люди злили просто одним своим видом, потому что все могли. Еще больше злили те, кому все это досталось по наследству. Те, кто все получил, не сделав для этого ничего. Вика прожила шестнадцать лет, а деньги так и не начали валиться ей на голову от одного ее желания.
Образование Виктории не светило при таком финансовом положении, а какие-то временные подработки приносили гроши. Связываться с наркотиками просто не хотелось, но вот пожить красивой жизнью - очень даже. Слишком надоело огребать на районе за острый язык и просто привычку нарываться.
Шанс что-то изменить в жизни подвернулся совершенно случайно, вместе с предложением одной знакомой попробоваться в небольшое модельное агентство. Виктория сильно сомневалась, что ее возьмут, из-за низкого роста, однако ей повезло с фотогеничной внешностью. К тому же, экзотика в столь красивом исполнении привлекала внимание. В районе Сохо, в лондонском чайнатауне, конечно, много азиаток, но мало действительно привлекательных.
Первое время Виктория снималась для не слишком популярных изданий, ее лицо временами где-то мелькало, но, естественно, не для большой аудитории. Деньги за это тоже платили не ахти какие. Ее портфолио было недостаточно для того, чтобы устроиться фото-моделью в более известные агентства или хоть как-нибудь продвинуться вверх в этой области. Потенциальные наниматели говорили, что да, красивая, но не более. А этого сейчас и без нее навалом. Больше удивить было нечем, и ей указывали на дверь.
Виктория не была бы Викторией, если бы отчаялась и пошла вешаться с горя, уверившись в том, что ей так и придется прозябать в лондонских трущобах. А еще она привыкла добиваться своего даже не слишком лицеприятными для кого-то способами. Поэтому когда хозяйка агентства предложила эскорт, то Вика не стала отказываться. Это не было работой мечты, даже отдаленно, зато на какие-то часы удавалось почувствовать себя частью чьей-то дорогой жизни. Виктория долго красилась, надевала красивые платья, туфли на высоком каблуке и весь вечер лавировала в облаке богатых людей под руку со спутником, который купил ее сопровождение. Она по-прежнему всех их ненавидела, однако там они не смотрели на нее свысока, как на безродную оборванку из паршивого района. И, наконец, в кошельке появились более приличные суммы. Это позволило снимать квартиру поприличнее, покупать одежду самостоятельно, да и вообще, ухаживать за собой на должном уровне.
Куда более внушительные деньги предлагали Виктории за продолжение вечера в соответствующем ключе. Она не была наивной девочкой, у нее не было вагона принципов и убеждения, что прекрасный принц обязательно найдет ее. Вика знала одно, что есть деньги, деньги - это ключ ко всем благам, и эти деньги нужно заработать. Те, кто говорит, что не в деньгах счастье, просто не знают, что такое безденежье. И если ей был не отвратителен спутник или спутница, то Виктория соглашалась. К тому же, она никогда не считала секс чем-то особенным, каким-то единением душ между двумя людьми. Секс - это прежде всего инструмент. От него можно получить удовольствие или нет. Можно добиться каких-то поощрений или нет. Все просто.
KEEP RUNNING! KEEP SHINING! |
Связь: почта в профиле
Пробный пост:
Использованный панч полетел в мусорное ведро, а под ключицами клиентки красовались четыре ровно установленных микродермала. Красивая чистая работа, и девчонка даже не поморщилась в процессе. Вот, что значит «легкая рука». Клиенты, которые уходили от Леоны, никогда не жаловались друзьям на то, что пирсинг – это больно, несмотря на то, что Лейстрейндж практически никогда не прибегала к анестезии, что всегда влияло на качество прокола и время заживления. А за качество мастер переживала даже больше, чем за количество клиентов. Не хотелось бы ей, чтоб психованные пробитые прибегали к ней со скандалом и с гноящимися дырками и прочими прелестями, которые могут быть последствием неудачного пирсинга. К счастью, у Ли недовольных пока не случалось, потому и клиентов было достаточно, потому она тут и тусила практически до закрытия. Вообще из-за такого наплыва девушка даже начала всех по записи принимать, но после последнего паренька, желающего тоннель, внезапно прибежала эта девица и минут пятнадцать уламывала Лео, чтобы та осталась еще ненадолго и именно сегодня сделала ей микродермалы. Это принципиально, потому что завтра она уезжает, а к другим мастерам идти не хочет. И Лестрейндж смилостивилась, потому что сама лично сделала этой девице все проколы до этого момента. И губы, и бровь и септум. Тем более, что девчонка нравилась Леоне. Большое количество пирсинга хоть и не возбуждало брюнетку, у самой-то ни одного не было, несмотря на то, сколько она уже пробила другим, но эта клиентка была по-своему красивая, да еще и отличалась заразительным смехом. Она вынуждала улыбаться даже Ли, которая вообще почти всегда ходила угрюмая. Были даже помыслы трахнуть эту няшу, раз уж она уезжает, да по ходу, надолго, но у Лестрейндж были определенные принципы. Она не занималась сексом со своими клиентами, уж тем более, в своем кабинете. Для Лео эта работа была очень важна, она помогла ей выбиться из постоянного нахлебничества. Теперь девушка, наконец, сама оплачивала счета, и у нее была квартира, которую она могла назвать своим домом. Так что терять это место не хотелось. Да, Лестрейндж уже заработала себе неплохую репутацию в кругах пирсеров, ей было бы несложно найти теперь новое место, но это было уже слишком дорого.
Тем более, что напротив обитала дама, которая Ли очень нравилась. Они бы могли давно трахаться, но если брюнетке кто-то по-настоящему нравился то это становилось проблемой. Всё сразу становилось проблемой. Во-первых, Леона принципиально не показывала своих чувств, и неизвестно, откуда взялся вообще этот блядский принцип, но изображать безразличие она умела как никто другой. Профессионально, можно сказать. А еще проблема заключалась в том, что Лео была слепоглухонемая. Нет, она, конечно, видела, слышала, обладала навыками речи, но она не замечала, не слушала и не говорила. Если кому-то и следовало выдать приз за невнимательность, то именно мисс Лестрейндж. Даже если бы Астория, тот самый предмет тайного воздыхания, заявилась к ней в кабинет и станцевала стриптиз, то брюнетка все равно бы не догадалась о взаимности симпатии. Ну, станцевала и станцевала, черт ее дернул. Да даже если бы Тори дошла до такой наглости, что поцеловала бы ее, то до Ли все равно не дошло бы. В таки вопросах она становилась категорически тупой, и каждый раз, когда кто-то признавался девушке в длительно скрываемой любви или симпатии, она открывала рот и выпучивала глаза, не понимая, как так. Как это она всё пропустила. Точно также она не замечала «случайных» налетов Дарместетер, ее частых визитов в кабинет и вообще ничего она не замечала, лишь периодически вздыхая о своей невзаимной симпатии.
- Будь осторожна с одеждой, а то можно случайно вырвать микродермал, - добавила мастер, после того как закончила рассказывать об уходе за проколами, после чего злобно покосилась на дверь. Из соседнего кабинета через картонные стены уже минут десять доносились какие-то недвусмысленные стоны, и Леоне очень бы хотелось, чтобы ей это просто казалось, но клиентка тоже покосилась на дверь и хихикнула, ляпнув о том, что кто-то тут после работки развлекается, после чего пододвинулась к Лео, которая покосилась на нее, как на идиотку. Да, она не понимала намеков. Просто скажи, что ты не прочь повторить подвиги, которые происходят в соседнем кабинете. Вот так бы Лестрейндж поняла, но ее клиентка была не столь раскрепощена.
- Ну, счастливого пути тебе там, - задумчиво проговорила Ли, отодвинулась и, продолжая сидеть на своём «катающемся» стуле, начала убирать инструменты. Разочарованная таким безразличием клиентка как-то грустно поблагодарила, оставила деньги и вышла, а Леона закончила с уборкой своего кабинета, сгребла деньги и пошла относить выручку в кассу. Как-то она не вовремя это сделала, потому что, стоило оказаться в коридоре, как из соседнего кабинета вышел какой-то мужик, распахнув дверь и продемонстрировав Асторию в одних трусах. Лестрейндж в охуении изогнула одну бровь, открыла рот, но затем тряхнула головой, захлопнула пачку и поспешила к кассе. Ее лицо оставалось невозмутимым, походка спокойной, даже мыслями девушка еще не успела прийти в бешенство. И это было самое плохое. Если Леона не сильно злилась, то она просто рявкала, огрызалась и тут же забывала об этом, а сильно эта женщина почти не злилась. Но если злилась, то это было страшно. Гнев подступал к ней медленно, накапливался внутри, как энергетический шар, и в итоге взрывался, сметая всё, что оказалось на пути или в ближайшем окружении. В общем, если от кассы Лео шла с мыслями «какого хрена она занимается сексом с клиентами», то возвращалась с мыслью «какого, блять, хуя эта тварь трахалась с грязным мужиком на рабочем месте?!». До своего кабинета пирсер так и не дошла, зато пнула дверь напротив, оказываясь в дверях и наблюдая за тем, как Дарместетер ползает по полу и разговаривает сама с собой. Или, может, у нее там еще один мужик под столом завалялся? Но вроде никто больше не вылез, а Тори поднялась, напялив на себя туфли.
- Что я хотела? – на удивление спокойно переспросила брюнетка, задумчиво подняв очи к потолку, после чего вперила бешенный взгляд в Асторию, - Я хотела бы попросить тебя не ебаться на рабочем месте, тем более, в непосредственной близости с моим кабинетом! Может, для тебя это нормально, а мне не очень круто придумывать оправдания для клиентов, почему я работаю рядом со шлюхой!
Пройдя внутрь кабинета, Лестрейндж на всякий случай захлопнула дверь за собой, вдруг помимо них тут еще кто-то остался. Она хоть и была зля на белобрысую сучку, но скорейшего увольнения ей не желала.
- Так что в следующий раз води своих…. мужиков, - это слово девушка выплюнула, как кусок дерьма, - к себе домой! И там можешь делать им татуировки, можешь раздвигать перед ними ноги, у тебя это, видимо, очень хорошо получается!
Как-то это было очень похоже на сцену ревности, и Ли взбесилась еще больше этим фактом, опустила взгляд вниз и пнула использованный презерватив, валяющийся на полу. – И ПРИБЕРИСЬ ТУТ! – проорала Леона.



























